Friends

Это был ужасный год. Я очень много, слишком много работала - я не рассчитала силы, и в декабре ушла в отпуск, так и не закрыв как следует семестр. Работа стала настолько unsustainable, что мне пришлось писать длинное письмо главе департамента, требуя перемен. В августе Грегу сломали челюсть, я несколько дней плакала, а потом несколько месяцев пыталась справиться с произошедшим. Кости срастаюстся, но шрамы остаются. Мы всё ещё ждём суда, справедливость не восторжествовала. Зимой мы долго и нудно болели - сейчас лето, а я по-прежнему не могу петь. Чуть меньше недели назад умерла моя мама, которую я не видела с 2021 года. Я не успела с ней попрощаться. Ещё одно поражение: я так и не сумела обновить российский паспорт, я заблудилась в лабиринте документов, апостилей, анкет и бланков. Вчера маму похоронили на дубненском кладбище, я не смогла прилететь на похороны, не обняла сестёр и папу. Когда мне казалось, что всё плохое, что могло произойти, уже произошло - ЖЖ накрылся то ли медным тазом, то ли железным занавесом, и это почему-то совсем меня доканало.

И тем не менее... это был хороший год. Я много и увлечённо работала, писала и издавала научные статьи на прекрасные темы, с прекрасными соавторами. Я наблюдала людей, наблюдающих невидимое свечение листьев и необыкновенные галактики. Наука - то, на что можно положиться, в ней всегда достаточно и смысла, и красоты. Я получила профессорскую степень - бабушка, надеюсь, ты довольна. Это снова был год добрых научных странствий: июньский Кейптаун, предрассветный кофе и морские котики, июльский Рим, Михал и заполночное мороженое, декабрьский Гент, его пряничные домики, лесные эльфы и туфельки под чёрную мантию. Глава департамента услышал мой вопль - и в следующем году я не буду учить первый курс, впервые за десять лет, а в первом семестре не буду учить вообще никого - я получила грант на саббатикал. На следующий год у меня грандиозные научные планы, и если мир продолжит стоять - я надеюсь провести несколько апрельских недель в Кракове, а в июне выступить на конференции в Голландии. В этом году я, кажется, впервые не чувствовала себя самозванкой - всего-то десять лет ушло на это.

Я много, слишком много работала, но были и каникулы, канатные и лесные дороги, Атлантический и Индийский океаны, гамак под звёздами и камин посреди африканской зимы. Я осознанно выкраивала, выкрадывала эти дни и недели у самой себя, кропотливо планировала очередную эскападу, только возратившись с предыдущей - потому что жизнь по-прежнему летит со скоростью метеора, и так же пылает, соприкоснувшись с атмосферой, и мне по-прежнему мало - я хочу научиться брать время, а не воровать его. Я хочу медленно листать книги в букинистическом. Пусть следующий год станет годом книжной охоты.

Ещё в этом году Бог благословил меня котами, и я благодарна ему. Эмили Зине исполнилось пять, она закончила последний класс детского сада - и со следующего года идёт в школу, которую я мысленно прозвала Ravenclaw (на самом деле - Кроуфорд, или, как говорит сама Эмили - Clawford). Лорд Грегори - по-прежнему лучший попутчик, напарник и друг, мы по-прежнему любим друг друга, и мне по-прежнему кажется, что так будет всегда.

В этом году было очень много боли, отчаяния и бессилия. Но любви, красоты и смысла всё равно было в нём ещё больше. Пусть и дальше боль и отчаяние никогда не перевесят на чаше весов.

Ну, и классика: о чём был этот год, если верить Аниному инстаграму? Эмили Зина, деревья, немного работы и немного океана. Это верный расклад моего сердца. Так всё и есть.